Сообщить о нарушениях, предоставить информацию, обратиться →
info@spec.report +7 (3952) 415-911 +7 924 834 08 65

Информационное агентство СПЕЦИАЛЬНЫЙ РЕПОРТЕР специализируемся на сопровождении правовых процессов и освещении общественно-значимых событий. Подробнее о проекте.

Для жителей Ольхонского района готовят тупиковый путь развития?

Официальное обращение
Для жителей Ольхонского района готовят тупиковый путь развития?

Первое, что обращает на себя внимание, когда сходишь с парома на Ольхоне, это дорога, ведущая в Хужир. Разбитая, похожая на стиральную доску, в неглубоких, но частых ямах, заполненных дождевой водой. Европейские автомобили преодолевают её, не торопясь и опасаясь за сохранность подвески. Поэтому местные жители предпочитают использовать УАЗики – микроавтобусы, именуемые в просторечии «буханки». Неприхотливые в обслуживании и сконструированные для использования в сложных условиях, изделия Ульяновского автозавода стоят на Ольхоне едва ли не в каждом дворе. Они же для многих жителей острова являются основным источником заработка.

В силу географического положения и небогатой инфраструктуры, Ольхон никогда не был развитой территорией. Что говорить, если электрические лампочки полноценно зажглись там в 2005 году, а до того электроснабжение подавалось на несколько часов в день. Во многом поэтому Маломорский рыбозавод, существовавший на Ольхоне с 30-х годов прошлого века, был едва ли не единственным местом работы для ольхонцев. К концу 80-х завод имел два десятка работающих цехов и был центром жизни острова.

В 90-е, с началом смутного времени, часть жителей остров покинула, потом стало модным заботиться об экологии на Байкале, и завод по переработке омуля потерял актуальность. Закрывались цеха, ветшали корпуса, а причал, примыкавший к заводу, все реже принимал суда под разгрузку. С запретом на вылов омуля история предприятия закончилась – и теперь лишь фотографии да память жителей Хужира хранят картинки прошлого.

Жители острова были поставлены перед задачей: найти средства к существованию. Ведь нужно кормить и одевать семьи, нужно как-то удержать молодежь на острове – и спасением стали туристы. Год от года их поток на Ольхон увеличивался и обеспечивал работой островитян. Кстати говоря, «буханки» предназначены для обслуживания туристов: экскурсии, доставка по острову, встреча гостей у парома… Все эти услуги приносят местным жителям небольшой, но стабильный доход. Особенно это стало заметным с увеличением потока туристов из-за рубежа.

***

Условно всех приезжающих на остров можно разделить на две категории: «диких» и «организованных». Первые едут на Ольхон с палатками и спальниками, вторые же предпочитают любоваться Байкалом с комфортом – на туристических базах и в частных домах, которые сдают местные жители. Если бы это происходило где-нибудь в Европе, можно было бы сказать, что на острове организованы частные пансионаты. Однако ольхонцы предпочитают говорить иначе: «мы принимаем гостей». Так было до недавнего времени, остров жил гостями, отчасти небольшими хозяйствами, на нём мало-помалу развивался бизнес. К тому же, благодаря усилиям местных жителей и местных властей экологическая обстановка на острове за последнее десятилетие заметно улучшилась, и даже «дикие» туристы ее принципиально не ухудшают.

Однако в конце 2017 года была образована Байкальская межрегиональная природоохранная прокуратура, в задачу которой поставлено усиление прокурорского надзора на территории озера Байкал. Как говорилось выше, в последние годы экология стала одним из приоритетных направлений деятельности государства, и это привело к тому, что принято называть «кампанейщиной».

***

Новая структура начала совместную работу с ФГБУ «Заповедное Прибайкалье». Это бюджетное учреждение, которому вменено в обязанность поддерживать сохранность особо охраняемой природной территории на Ольхоне. И сразу же встала проблема: несмотря на то, что Прибайкальский национальный парк был создан в 1986 году, его границы до сих пор не определены. Информации о них в Едином реестре сведений о недвижимости нет, но можно ориентироваться на документы, подготовленные тридцать лет назад, при создании парка. В соответствии с ними, на острове имелись особо охраняемые природные территории, за которые отвечал национальный парк; земли населенных пунктов, которыми управляли местные власти; и нераспределенные земли.

То есть, при создании национального парка государство сознательно разделило земли поселений, где жили и работали люди, и земли особо охраняемые – на которых имелись уникальные образцы флоры и фауны. До конца 2018 года этот принцип зонирования территорий острова оставался неизменным. В населенных пунктах шла обычная жизнь: выделялись земельные участки, строились дома, люди занимались бизнесом и держали скот. При выделении земли обязательно бралась справка у руководства национального парка: о том, что конкретный земельный участок в его ведении не находится. Справки нацпарком выдавались, он не заявлял претензий на территории населенных пунктов, занимаясь защитой природы, и всех всё устраивало.

Однако в конце 2018 года прокуратура и руководство национального парка изменили позицию. Ныне этими структурами утверждается, что земли населенных пунктов якобы изначально находились в ведении национального парка, а весь остров Ольхон – это особо охраняемая природная территория. Более того, несмотря на абсурдность подобного заявления и отсутствие документальных ему подтверждений, суды ее поддерживают. Но отчего же этот вопрос столь принципиален для островитян?

Вся проблема в особом правовом режиме, которым регулируется деятельность на территории национальных парков. Статья 95 Земельного кодекса РФ гласит, что на особо охраняемых природных территориях не выделяются земельные участки для населения; запрещается строительство дорог, линий электропередач и других коммуникаций; запрещается строительство жилых и хозяйственных объектов; движение и стоянка транспортных средств, выгул скота; равно как и любые иные виды деятельности.

То есть, если, следуя логике прокуратуры, включить населенные пункты в территории национального парка, то это поставит жителей острова на грань выживания. Им не просто будет нельзя работать с туристами, они не смогут пользоваться автотранспортом, строить дома и ставить заборы, держать скот, да и вообще – осуществлять «любые иные виды деятельности». Например, если у жителя Хужира сгорит дом, в котором жили несколько поколений его семьи, то, по мнению природоохранной прокуратуры и руководства Прибайкальского национального парка, отстроить этот дом уже нельзя. Более того, с таким подходом под вопрос ставится строительство современной дороги, которое было обещано ольхонцам президентом России Владимиром Путиным несколько лет назад. Что делать с этими, да и другими, планами – непонятно. Как непонятно и то, кто должен отвечать за Ольхон.

Ведь встает еще один вопрос: а каков в таких условиях статус местной администрации? Если признать земли населенных пунктов частью национального парка, то получится, что это земли, принадлежащие федеральной власти. Хотя в соответствии с законом земля населенных пунктов принадлежит муниципалитетам, то есть власти местной. Именно она собирает налоги, обеспечивает жителей услугами здравоохранения и образования, содержит дороги и коммуникации, решает иные вопросы местного значения. Но если земли поселений в полном объеме станут подведомственны национальному парку – получается, что эти функции должен взять на себя он? Но это же явный абсурд – для этого у учреждения нет ни полномочий, ни кадровой, ни материальной базы. Таким образом, позиция прокуратуры игнорирует один из базовых для государственного устройства законов: 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления».

Включение в земли национального парка населенных пунктов заморозит жизнь на острове – поместив местных жителей в некое подобие музея, где можно смотреть на экспонаты, но нельзя трогать их руками. Впрочем, некоторые жители Ольхона предпочитают использовать слова «резервация» и «геноцид».

Эти слова часто звучали на митинге, проведенном жителями острова 3 июня 2019 года. Несколько сотен островитян, представители малого бизнеса, общественные деятели и журналисты собрались на берегу озера с тем, чтобы привлечь внимание федеральных властей к проблеме. Жители устали от того, что их мнение игнорируется, а на вопросы отвечают бессодержательными, общими фразами. Какой будет жизнь острова, если прокуратура все же настоит на включении земель населенных пунктов в особо охраняемые природные территории? Тишина звучит ответом.

Среди ольхонцев ходят слухи, что юридические баталии – первый этап плана по освобождению острова от жителей. Якобы их просто «выживают» с острова, перекрывая возможности для жизни и заработка. И потом, когда на острове не останется никого, то органы власти в очередной раз истолкуют законодательство так, как это будет удобно неким влиятельным лицам. И остров Ольхон будет приносить деньги от использования своего туристического потенциала строго ограниченному кругу бенефициаров. Судьба же простых жителей в этом раскладе не волнует никого. Ведь их меньше двух тысяч человек, что в сравнении с возможными прибылями от единоличного использования острова – мелочь, о которой не стоит и вспоминать.

И в этом отношении показательной является история с крупнейшей на острове туристической базой «Байкалов острог». Она широко освещалась в региональных СМИ, но некоторые её детали выпали из внимания общественности. База располагается на территории, прилегающей к бывшему рыбозаводу: мы упоминали о нем в начале статьи. Территория была облагорожена, были обустроены спуски к воде. Но прокуратура посчитала, что в результате этих мероприятий нанесен непоправимый вред экологии Байкала: в частности, якобы под угрозой находится «черепоплодник щетинистоватый», который когда-то произрастал на территории рядом с турбазой.

Однако не совсем понятно, каким образом можно причинить вред растению, если на протяжение семидесяти лет на месте его произрастания работал рыбообрабатывающий завод: с цехами, котельной, автотранспортом и прочими факторами, сопровождающими крупное производство? На этот вопрос ответа нет, и желающих официально его давать экологов также не видно. В частных беседах те же самые экологи признают: природа на острове не столь девственна, какой была сто лет назад, и главный вклад в это сделали годы советской власти, когда об экологии никто не заботился. Поэтому возлагать ответственность и ставить ограничения жителям острова сегодня, обвиняя их в нарушении экосистемы Ольхона, по меньшей мере, нелогично.

Впрочем, отношение к экосистеме у руководства национального парка и природоохранной прокуратуры в принципе странное. Так, например, на острове отсутствует канализация, и это ставит серьезную проблему по утилизации жидких бытовых отходов. Фактически, существует только два пути: либо регулярная откачка выгребных ям и вывоз их содержимого с острова, либо установка очистных сооружений. Оба варианта требуют значительных затрат, а первый из них так и вовсе вызывает сомнения в целесообразности. Вывозить и сливать отходы жителям предлагается в одно место, на противоположном от Ольхона берегу. Видимо, состояние почвы и эндемичных растений там никого из экозащитников не интересует.

Впрочем, и установка очистных сооружений не гарантирует отсутствия проблем. Так, на упомянутой турбазе «Байкалов острог» установлены очистные сооружения, совокупной стоимостью около семи миллионов рублей. Аналогичных систем ни у одной организации или частного домовладения на острове нет. Однако природоохранную прокуратуру это беспокоит мало: судя по опубликованному судебному решению о сносе туристической базы, прокурор не счел наличие очистных сооружений фактором, заслуживающим внимания.

И здесь появляется вопрос: если бизнес не защищен от произвольного толкования норм закона и не в состоянии защититься, то чего ждать жителю острова, с небольшим гостевым домиком и УАЗиком во дворе? На сегодняшний день для природоохранной прокуратуры защита несуществующих эндемиков и перераспределение земельных участков на острове находятся в приоритете, а интересы жителей Ольхона остаются за кадром. Поневоле начинаешь прислушиваться к конспирологическим теориям, что выдвигают ольхонцы.

Прошедший третьего июня митинг был не первым: в прошлый раз жители собирались в декабре, и планируют сделать это столько раз, сколько потребуется для того, чтобы их услышали в высоких кабинетах. Возможно, тогда кто-то из лиц, принимающих решения, обратит внимание на очевидные несуразности в нормативно-правовых актах и умерит пыл прокуроров, напомнив им, что права и свободы человека и гражданина являются в России высшей ценностью. А произвольное толкование нормативно-правовых актов, которое в перспективе может обеспечить социальный взрыв, есть ничто иное, как подрывная работа против интересов государства.

Жители острова не готовы покидать свою родную землю, но и жить в резервации не хотят. При этом игнорирование прокурорами очевидных фактов и здравого смысла подрывает веру людей в справедливость и закон. И пока сегодня вопрос о включении земель населенных пунктов в национальный парк не решен, еще не поздно вмешаться и предотвратить развитие событий по худшему сценарию – найдя баланс между интересами коренного населения острова Ольхон и защитой особо охраняемых природных территорий.

Поддержать обращение

08:20

Репортажи по данному обращению:

RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...